Доходный дом И. Б. Лидваль

Императорский Петербург был городом больших возможностей. При трудолюбии, предприимчивости и удаче здесь могли добиться успеха даже выходцы из дальних краёв, не имевшие ни связей, ни российских корней. Так, начав с нуля, сделал карьеру швед Юхан Петтер Лидваль, ставший придворным портным. По-настоящему же прославил эту фамилию уже его сын, архитектор Фёдор (Фредерик) Лидваль, чьи постройки признаны эталоном петербургского модерна.

В конце 1850-х годов Юхан Петтер перебрался из шведской глубинки в российскую столицу. Он устроился в портновскую мастерскую. Хозяин мастерской вскоре умер, и его вдова решила связать судьбу с энергичным и обаятельным шведом. Брак оказался недолгим — супруга Юхана Петтера скончалась от оспы. Мастерская перешла по наследству к Лидвалю.

Юхан Петтер, превратившийся в Ивана Петровича, уверенно вёл собственное дело. В кругу скандинавской общины он познакомился с Идой Амалией Флешау, и в 1867 году они обвенчались. В благополучной и состоятельной семье родилось восемь детей. Мастерская Лидваля специализировалась на шитье мужской одежды, ливрей и униформы для придворных служащих. Фирма числилась поставщиком императорского двора. Расцвету её способствовало множество спешных заказов, связанных с неожиданным восшествием на престол Александра Третьего после убийства его отца Александра Второго.

008_IMG_1295_KK+.jpg
Ворота и фасад доходного дома Лидвалей на Каменноостровском проспекте, № 1–3

Иван Петрович Лидваль скончался в январе 1886 года. Дело мужа продолжила Ида Амалия (Ида Бальтазаровна Лидваль). Постепенно к деятельности фирмы подключались подраставшие сыновья. Мастерская работала в старом доме, принадлежавшем Лидвалям, на Большой Морской улице, № 27. Новый наплыв заказов был вызван воцарением и коронацией Николая Второго. К началу XX века в мастерской трудилось 150 человек.

Условия благоприятствовали намерению И. Б. Лидваль создать современное жилище — родовое гнездо, соединив его с доходным домом. Она приобрела обширный участок в самом начале Каменноостровского проспекта, № 1—3. За выбором автора проекта дело не стало: в семье был свой архитектор — Фёдор Лидваль, недавний выпускник Академии художеств. Мать предоставила сыну счастливую возможность возвести своё первое крупное сооружение на столь приметном месте и выразить в реальной постройке свою творческую индивидуальность. Сквозной участок застраивался с 1899 по 1904 год в четыре очереди, начиная от второстепенной Малой Посадской улицы, № 5, куда он выходит узкой стороной, и заканчивая крыльями курдонёра, открытого к проспекту. Если рассматривать этот ансамбль жилых корпусов в последовательности их строительства, можно увидеть, как росло мастерство зодчего и складывалась его особая версия стиля модерн.

008_IMG_1352_KK.jpg
Лестница в северном крыле дома Лидвалей. Фотографии Константина Котова
008_IMG_1316_KK.jpg

Скромный фасад на Малой Посадской не бросается в глаза и не отличается от рядовой застройки. Но в его асимметрии, волнистых линиях, игре разных фактур штукатурки уже проступают черты раннего модерна.

Следом, в 1901—1902 годах, был сооружён поперечный корпус, замыкающий глубину курдонёра. Здесь Лидваль акцентировал среднюю ось, на которую нанизаны портал, стеклянный эркер и высокий щипец. В арке портала изображены сова, зайцы и рысь, на верхушке щипца распахнул крылья филин, а на балконах повисли огромные пауки, словно соткавшие паутину решёток. Облицовка нижнего этажа выполнена из горшечного камня (талькохлорита) и красного гранита.

Затем было возведено северное крыло и, в последнюю очередь, южное. Эти корпуса, фланкирующие курдонёр, несхожи по композиции. Южное крыло — выше, в нём сильнее выявлена пластика объёмов, редким разнообразием отличаются формы и группировка окон. Объединяют все части здания сочетания камня и штукатурки, богатство мотивов флоры и фауны, каллиграфическая прорисовка деталей и общее впечатление изысканности и элегантности.

Лидваль расширил традиционную палитру отделочных материалов, первым в Петербурге ввёл в употребление горшечный камень. Дом Лидвалей уникален по обилию природных сюжетов. Интерес к природе проявился и в использовании натуральных материалов, и в последовательной индивидуализации форм.

Здание с его специфическим северным колоритом стало самым ранним образцом северного модерна в Петербурге. Этот вариант нового стиля сложился под воздействием национального романтизма Швеции и Финляндии. Так дали о себе знать шведские корни Лидваля. Подбор материалов, стилизация флоры и фауны, характерные элементы (прежде всего очертания проёмов) были навеяны архитектурным опытом соседних стран. Но в рамках общего течения Лидваль выработал свой неповторимый почерк.

Главным достижением архитектора явилось новаторское решение генерального плана с парадным двором — курдонёром. К такому приёму в те годы уже обращались другие петербургские архитекторы, но Лидваль первым перевёл его на язык модерна. Отказавшись от симметрии, он создал сложную живописную композицию, получившую динамичное развитие вглубь квартала.

С постройки семейного дома начался блестящий творческий взлёт зодчего. Он стал законодателем мод в петербургской архитектуре. Ту же роль в пошиве мужского платья продолжала играть семейная фирма, носившая название торгового дома «И. П. Лидваль и сыновья». В ней работали младшие братья Фёдора — Вильхельм, Эдвард и Пауль.

Лидвали поселились в поперечном корпусе своего владения. Мастерская архитектора находилась со стороны Малой Посадской улицы. Здесь задумывались и проектировались все его лучшие произведения: дома Шведской церкви и Циммермана, Э. Нобеля и Толстого, Азовско-Донской банк и здание Второго кредитного общества, гостиница «Астория» и интерьеры отеля «Европа». Из сотрудников мэтра наиболее известен А. А. Оль.

008_IMG_1331_KK.jpg
008_IMG_1300_KK.jpg
008_IMG_1335_KK.jpg
008_IMG_1301_KK.jpg
008_IMG_1364_KK.jpg
008_IMG_1324_KK.jpg

В 1908 году Фёдор Лидваль женился на Маргарет Фредерике Эйлерс, дочери придворного садовника Г. Ф. Эйлерса, уроженца Голландии. У них было трое детей; младшая из них, Ингрид, впоследствии написала интересные воспоминания. В 1917 году семья архитектора уехала в Швецию, сам Лидваль присоединился к ней через год. На своей исторической родине он оказался эмигрантом и, хотя активно практиковал, уже не смог выйти на ведущие позиции в архитектуре. Его братья тоже перебрались в Стокгольм, где возобновили своё дело, причём Пауль Лидваль издавал в Париже книги по истории и эстетике костюма.

До революции несколько роскошных квартир в доме Лидвалей занимали представители деловой элиты. Среди них — председатель правления Азовско-Донского банка Б. А. Каменка, от которого Фёдор Лидваль и получил заказ на строительство банковского здания на Большой Морской улице, № 3—5. Жильцами дома были военачальник А. Н. Куропаткин, химик А. И. Горбов, недолго художник К. С. Петров-Водкин. В 1915—1930-х годах здесь жил народный артист СССР Ю. М. Юрьев, актёр Александринского театра. Биографию дома украсили имена физикохимика А. Н. Теренина, солиста Мариинского театра Б. М. Фрейдкова, композитора и музыковеда В. М. Богданова-Березовского.

В истории дома Лидвалей тесно переплелись архитектурные новации модерна, искусство кройки и шитья, творческая и обыденная жизнь незаурядной семьи петербургских шведов. 

Оставить комментарий

Для того,чтобы оставлять комментарии, Вам необходимо Зарегистрироваться или Войти в свою комнату читателя.