Рубрики

Наш журнал задуман как полномасштабная энциклопедия Санкт-Петербурга, но подобный формат не должен накладывать на редакцию искусственные ограничения — писать сугубо о петербуржцах со строгой локальной привязкой к городу. Ведь Петербург, как «окно в Европу», всегда выходил за российские границы: заимствовал зарубежный опыт, отправлял лучшие умы на обучение в дальние страны и принимал у себя европейцев. Переняв космополитизм, характерный нашему городу, редакция «Адресов Петербурга» также колесит по Европе, да и по российским глубинкам, ведя исторические исследования там, где они случились и напрямую повлияли на вечные ценности Санкт-Петербурга.

Все материалы по:
Усадьба «Тарханы» и село Лермонтово
Лолита Крылова
Усадьба «Тарханы» и село Лермонтово

«Передвижные выставочные проекты, подготовленные крупнейшими отечественными музеями, получают сегодня особую значимость» — это слова из приветствия заместителя министра культуры России Аллы Маниловой к вернисажу передвижной выставки «М. Ю. Лермонтов: Петергоф, поэт, эпоха». Отмечавшийся недавно лермонтовский юбилей дал сотрудникам Государственного музея-заповедника повод представить, что чувствовал «юный отрок», гуляя по аллеям Нижнего парка и Александрии; как вместе с соучениками по Школе гвардейских подпрапорщиков брал штурмом петергофские каскады и посещал царские обеды, на которых бывала и влюблённая в своего внука бабушка поэта Е. А. Арсеньева. Бесценным вкладом в бытописание Петергофа стала юнкерская поэма Лермонтова «Петергофский праздник», посвящённая весьма фривольному описанию торжеств по случаю тезоименитства императрицы Александры Фёдоровны. Передвижная лермонтовская выставка из Петергофа отправилась по стране: в Липецк, Тамбов, Пензу… В том же направлении проложила маршрут фирменного адресовского автопробега заместитель главного редактора Журнала Учёта Вечных Ценностей, посетившая имение Арсеньевых «Тарханы» в Лермонтово под Пензой, где также создан государственный музей-заповедник.

Александровка (Потсдам)
Галина Корнева и Татьяна Себоксарова
Александровка (Потсдам)

Оказавшись в Берлине и Потсдаме, путешественник из России с удивлением обнаружит на дорожных указателях странно звучащие для немцев названия «Никольское» и «Александровка». Свернув с магистрали, он окунётся в атмосферу российской глубинки XIX века: деревянные избы с ажурной резьбой, луковки церквей и имена россиян на погосте.

Кадриорг (Таллинн)
Вероника Махтина
Кадриорг (Таллинн)

Весной 1718 года итальянец Никколо Микетти поклялся русскому царю устроить в Стрельне «чего не бывало на свете». А в июле оба они отправились в Эстляндию. Как рассказывает хроника, «Пётр Великий, будучи в Ревеле, изволил быть на загородном дворе, и близ того же двора размеривали фундамент... в присутствии был архитектор Микетти». В итоге самыми значительными творениями зодчего стали Екатерининский дворец в Кадриорге и Константиновский в Стрельне.

Рознов (Румыния)
Виктор Антонов
Рознов (Румыния)

Посёлок Рознов находится далеко от Петербурга, в румынской Молдавии, в долине совсем не быст¬рой Быстрицы. Чтобы добраться до него, я жарким сентябрьским днём 2006 года полтора часа ехал на микроавтобусе из Ясс на запад до провинциального центра Пьятра Нямц, а оттуда на такси – до Рознова. Встретил меня настоятель местной Никольской церкви протоиерей Василий Цок, одетый, как все православные священники, в чёрный подрясник с крестом на груди. По-русски он не говорил, хотя и учил язык в школе, я по-румынски не понимал, поэтому объяснились мы в этой глубинке на французском языке, который – несмотря на экспансию английского – всё ещё распространён в образованном слое румынского общества.

Алма-Ата
Баубек Ногербек
Алма-Ата

Старейшая российская киностудия «Ленфильм» лишь один раз покидала петербургские пенаты — в 1941–1944 годах она вошла в состав Центральной объединённой киностудии (ЦОКС), организованной в столице Казахской ССР, Алма-Ате.

«Укрощение коня» за рубежом
Юрий Пирютко
«Укрощение коня» за рубежом

Пётр Клодт с детства любил рисовать лошадок и с большим искусством вырезал их фигурки из дерева. Далеко не всегда интересы ребёнка реализуются во взрослом возрасте, но Клодт сохранил верность своему увлечению. Почти половина всех конских скульптур в Петербурге — одиннадцать! — работы барона Клодта. На самом деле их могло быть больше, но две пары — из Орловского парка в Стрельне и от дворца Бельведер в Петергофе — пропали во время Великой Отечественной войны, а ещё две совершили переезд из Петербурга в другие европейские столицы.

Шереметьево (Москва)
Антон Губанков
Шереметьево (Москва)

Это именно блюз, этот аэропорт. Впрочем, это и не аэропорт вовсе, а вечно открытый клуб людей, меняющих состояние, испытывающих себя на прочность разного рода эмоциями, от которых захватывает дух. Шереметьево — несомненно столичный бренд. Не по особенностям креативных находок и удобств, а по смыслам исторической ретроспекции: временный или постоянный разрыв с Родиной, расставание — и одна минута, как одна жизнь…