• Текст: Надежда Дёмкина
  • N 16/28

Ворота

Ворота можно поделить на «торжественные» и обычные. К первым отнесём триумфальные арки и все ворота, которым посчастливилось примыкать к памятникам архитектуры. Такие ворота имеют шанс сохраняться в относительном порядке и время от времени реставрироваться. Как, скажем, Нарвские триумфальные ворота, сквозь которые гордо прошла гвардия, вернувшаяся после победы над Наполеоном, или Московские — и те, и другие окружены всеобщим вниманием. Не забыты и Петровские, и Невские ворота Петропавловской крепости, и ворота «Любезным моим сослуживцам» вместе с Гатчинскими мраморными воротами в Пушкине. Такой статус — возвышение до победного символа: всё это скорее врата, чем ворота.

Барочная избыточность ворот Шереметевского дворца, воспетые поэтами простота и лаконичность ворот Летнего сада, вечно цветущие ворота, ведущие в Михайловский сад, ворота Зимнего дворца, лишь год назад вновь открывшиеся для публики во всём былом блеске и величии, — тоже элита в мире ворот. Обычных, вовсе не «торжественных», но не менее красивых ворот в городе намного больше. Стоит открыть вышедший в 2001 году альбом Ю. Калиничева «Ворота Петербурга», чтобы убедиться в этом. Но и Ю. Калиничева интересуют лишь те ворота, которые представляют архитектурную ценность.

017_000.jpg
Фотография Дмитрия Горячёва

А ведь если прибавить ещё и всеми забытые, забитые железными листами, украшенные надписями «Машины не ставить!», то количество ворот в Петербурге поставит в тупик самого трудолюбивого учётчика. По логике, число ворот должно было бы примерно равняться числу дворов. Но в некоторые дворы ведут несколько ворот с разных улиц. Кроме того, даже поверхностные полевые исследования показывают, что далеко не все дворы замкнуты сплошной застройкой. И попасть в них можно не только через арку с воротами. Следовательно, сама функция ворот оказывается под угрозой: какой смысл закрывать их и открывать, когда во двор проходят и заезжают другими путями? Потом, в арках ворота не всегда имеются. 

Иногда память о них хранят старые крюки, торчащие из стен — как, например, в арке прекрасного особняка в стиле модерн на улице Марата, дом № 72. Или же осталась только одна створка старых ворот. Возникает вопрос: можно ли учитывать ворота, не исполняющие основного своего предназначения, то есть ничего не закрывающие? 

017_001.jpg
017_002.jpg
017_003.jpg
017_004.jpg
017_005.jpg
017_006.jpg
Фотографии Дмитрия Горячёва 

Впрочем, сугубо арифметический подход к воротам, как и чисто философский, отвергнут редакцией ЖУВЦ «Адреса Петербурга». Функциональный же подход к воротам вновь входит в моду. Доказательство тому — многочисленные новые ворота, появившиеся в последние годы в центре города. Отличительная особенность этого нового поколения ворот — кодовые замки. Решётка около замка делается максимально непроницаемой — иначе, просунув руку сквозь её прутья, замок с лёгкостью можно открыть изнутри. Однако эта уловка, вполне понятная с житейской точки зрения, оборачивается эстетическим провалом.

017_007.jpg
017_008.jpg
Фотографии Дмитрия Горячёва 

Однако эти ворота, ущербные с точки зрения внешнего вида, — уже большая победа в деле возвращения ворот как элемента городской культуры, поскольку в советское время с этим было совсем плохо. Ворота могли быть либо навечно закрытыми, так что в представлении обитателей дома они попросту сливались со стеной, либо, напротив, всегда открытыми, так что створки их намертво врастали в асфальтовый культурный слой. Такая безрадостная судьба была, несомненно, связана с утратой большинства обязанностей главного хранителя ворот, дворника. Из почти домоуправа, соратника полицейских в борьбе за безопасность городской среды дворника низвели до положения обычного уборщика. Произошло это, очевидно, уже после Второй мировой войны, так как ещё в «Положении о правах и обязанностях дворников» 1938 года им рекомендуется «следить, чтобы звонковая сигнализация находилась постоянно в исправности, немедленно являться на вызов по звонку к воротам». А также «строго следить за тем, чтобы двери наружных входов в домах и калитки ворот запирались в 1 час после предварительного осмотра двора и лестничных клеток, следить, чтобы ворота при наличии калиток в течение дня были заперты и открывались лишь для пропуска транспорта».

017_009.jpg
017_010.jpg
Фотографии Дмитрия Горячёва 

Ещё раньше, в конце XIX — начале XX века по приказу столичной полиции во всех домах было установлено ночное дежурство дворников. Весной и летом с 8 вечера до 6 утра, а осенью и зимой с 4 вечера до 8 утра, сменяя друг друга через несколько часов, дворники, «находясь снаружи домов, должны отбывать дежурство на ногах, имея наблюдение на протяжении всего поста». На груди у каждого дворника прежде помещалась бляха с личным номером, названием улицы и дома. Дежурные дворники должны были «наблюдать, чтобы ворота охраняемых ими домов в ночное время, с 11 часов вечера были заперты, и звонки у ворот были в исправности». Также в «Руководстве для изучения обязанностей городового Санкт-Петербургской полиции» 1902 года специально упомянуто, что дворники на дежурстве «не могут выставлять к воротам ни табуреток, ни скамеек». Потом, правда, им разрешили ставить табурет без спинки.

Теперь вместо дворника со «звонковой сигнализацией» и бляхой на груди припозднившихся жильцов и гостей встречает кодовый замок или домофон. А в худшем — зияющая пустотой арка.

Оставить комментарий

Для того,чтобы оставлять комментарии, Вам необходимо Зарегистрироваться или Войти в свою комнату читателя.