• Текст: Ирина Зайцева

Царскосельская библиотека императрицы Екатерины Второй

Екатерина Вторая, как известно, не могла и дня прожить без книги, поэтому обустройство библиотеки в её любимой летней резиденции было продиктовано насущной потребностью императрицы, ведь прежде в царскосельском дворце не было предусмотрено места для хранения книг. В начале 1780-х годов Ч. Камерон возводит павильон «Агатовые комнаты», где одно из помещений получает официальное название «Библиотека». Здесь до сего дня сохранились два больших книжных шкафа, встроенных в стенные ниши во всю высоту комнаты.

Основная часть книжной коллекции Екатерины, именовавшаяся в документах двора «Императорской Эрмитажной Иностранной библиотекой» и насчитывавшая к 1796 году более 40 тысяч книг, размещалась в Большом Эрмитаже. Однако некоторое количество книг, бывших в постоянном использовании, императрица держала в своих жилых комнатах и называла это собрание своей «комнатной», или «домашней», библиотекой. Если эрмитажное собрание состояло из коллекций, приобретённых императрицей у прежних владельцев, то есть из книг, собранных не ею самой, то комнатная библиотека формировалась исключительно в соответствии с её персональными вкусами. Поэтому важно подчеркнуть, что именно комнатная библиотека императрицы, собранная ею по крупицам, служившая ей рабочим инструментом и отражающая её внутренний духовный мир, представляет особый интерес.

15_1_2O3A3316.jpg
Книги из личной библиотеки Екатерины Второй

Некоторое количество книг было целенаправленно закуплено для «Царскосельской библиотеки что на Колонаде», но в основном это помещение служило для размещения комнатной библиотеки императрицы во время её пребывания в Царском Селе. Мемуары секретаря Екатерины А. В. Храповицкого свидетельствуют, что с 1780-х годов, со сменой сезонов, комнатная библиотека каждый раз переезжала вслед за хозяйкой из Зимнего дворца в Царскосельский и обратно.

15_2_2O3A3715.jpg
Лестница в павильоне «Агатовые комнаты», ведущая к библиотеке Екатерины Второй

Сохранился Реестр* Царскосельской библиотеки, включающий 256 наименований, около тысячи томов, — документ чрезвычайно любопытный. Он создаёт картину весьма неожиданную: за привычным державным образом государыни предстаёт перед нами чувствительная женщина, увлечённый исследователь, заботливая бабушка, развлекающаяся дачница... Если сравнивать это собрание с «идеальной» библиотекой эпохи Просвещения — известным руководством по искусству составления библиотеки, которое разработал Ж.-А.-С. Формей, то из 12 обязательных разделов «идеальной» библиотеки Формея в царскосельском собрании представлены, пожалуй, лишь четыре. Здесь нет книг по теологии, ораторскому искусству, юриспруденции, медицине и географии, если не считать девяти томов описания путешествий Дж. Кука, нет научной, в строгом смысле этого слова, и военной литературы, отсутствует периодика. Зато сличение имеющихся в екатерининском фонде разделов с подобными разделами «идеальной» библиотеки в области философии, изящной словесности, истории, этики и морали позволяет обнаружить большое сходство с «идеалом» по составу авторов. Помимо 45 томов сочинений античных историков и философов, столь любимых Екатериной, в царскосельском Реестре числится великое множество романов, в том числе фривольных и эротических. Наряду с первоклас-сной коллекцией высокой литературы здесь имеются и образцы «низовой словесности», так называемая «литература вразнос», поскольку её носили коробейники вместе с товарами повседневного спроса, и «Библиотека для развлечения»; а также 72 тома сказок, 20 томов анекдотов и разных прочих книжек с названиями вроде «Средство против скуки», «Байки гениев, одни чтобы смеяться, другие чтобы спать» и тому подобное. Здесь же безупречная по элегантности и редакторскому исполнению, чрезвычайно популярная в конце XVIII века 310-томная коллекция издателя и книгопродавца Юбера-Мартена Казена — коллекция книг «карманного» формата in-18°**, включающая как шедевры классики, изданные самим Казеном, так и романы, запрещённые по причине аморальности, так называемые «livres de l'enfer» — книги ада, изданные анонимными типографами в переплётах à la Cazin.


nota bene

Этот реестр составлен при передаче библиотеки Царскосельскому лицею. В 1920 г. в составе Лицейской библиотеки книги Екатерины переданы в г. Свердловск, частично сохранились в УрФУ (Екатеринбург) и в музее «Лицей» (Санкт-Петербург). Подробно об этом см. в статье Зайцевой И. И. «О царскосельских книжных собраниях императоров Екатерины II и Александра I, сохранившихся в составе Лицейской библиотеки».

То есть на типографском листе размещается 18 страниц книги.


В Царском Селе также хранилось несколько десятков художественных альбомов, папок с гравюрами и архитектурных увражей, для которых в шкафах библиотеки «что на Колонаде», были предусмотрены глубокие нижние отделения. Известна страсть императрицы к такого рода изданиям: «Час перед ужином я провожу с этими книгами, — писала она Ф.-М. Гримму об архитектурных альбомах, — и, как малое дитя, любуюсь гравированными листами, черпая в них мёду для моего улья». Некоторые из альбомов хранятся ныне в фонде гравюр Государственного музея-заповедника «Царское Село», в частности, листы с «англо-китайскими» садами Леружа, альбомы гравюр, привезённые архитекторами Неёловыми из Англии, изображающие английские старинные замки, готические руины, пейзажные парки и павильоны.

15_3_2O3A3725.jpg
Большой зал в Агатовых комнатах

Принц де Линь, часто беседовавший с императрицей, писал в мемуарах, что Екатерина не любила читать «ничего ни грустного, ни слишком нежного, ни утончённостей ума и чувств». Отчасти это верно, тонким эстетическим вкусом монархиня не обладала: даже её дворецкий счёл на редкость грубой комедию никому не известного Вейдмана «Die Schöne Wienerin», от которой она сама была в восторге. Однако в её царскосельской библиотеке мы обнаруживаем и лучшие образцы лирической поэзии, а сама императрица признавалась, что «способна выть за чтением романов или во время представления трагедий». В конце 1780-х А. Храповицкий неоднократно фиксирует в «Дневнике» требования Екатерины разыскать новые книги сказок, не столько для внуков, сколько для неё самой, и приводит слова императрицы, оправдывающие этот каприз: «Приласкан был во время чесания волосов за то, что привёз сказки, они надобны для разбития мыслей и суть такого рода, что при чтении не требуют внимания, ибо много читали таких, кои мысли занимают».

15_4_2O3A3742.jpg
Яшмовый зал

С рождением внуков Александра и Константина сформировался и активно пополнялся новый раздел библиотеки — педагогическая литература. Кроме того, Екатерина озадачилась написанием подлинной российской истории в переложении для юношества, поскольку книги по истории России, изданные прежде, она находила тенденциозными и порой даже аморальными. Её собственный исторический труд «Записки касательно русской истории» тоже числится в Реестре. А также множество различных словарей и справочников, необходимых в работе.

Древнерусской историей императрица продолжала заниматься до конца своей жизни. «Я ничего не читаю, кроме того, что относится к XIII веку и к России. Подручная моя библиотека состоит из сотни старинных хроник. Я с наслаждением роюсь в этом хламе», — пишет она в 1792 году. И позже: «Я зарылась в истории или, правильнее, в русских летописях, которые люблю до безумия». Как следствие, вторая — «зимняя» — половина её комнатной библиотеки изобилует древнерусскими летописями и прочими документальными источниками по истории Руси. Опись из 325 наименований книг, оставшихся после смерти императрицы в её кабинете в Зимнем дворце характерна не только для кабинета правительницы гигантской империи, но также представляет иллюстрацию научной лаборатории учёного-историка. Контраст между царскосельской и зимнедворцовой частями домашней библиотеки Екатерины Второй ещё раз подчёркивает неоднозначность и масштабность её личности. 

15_5_2O3A3766.jpg

Плафон в Агатовом кабинете. Фотографии Юрия Молодковца

À PROPOS

Ирина Ивановна Зайцева — старший научный сотрудник ГМЗ «Царское Село», хранитель музейной коллекции «Редкая книга».


Литература

Храповицкий А. В. Дневник. М., 1901.

Информационный бюллетень РБА. № 41. СПб., 2007.

Formey J.H.S. Conseils pour former une bibliothèque peu nombreuse mais choisie. Berlin, 1755. (Советы, как составить библиотеку, малочисленную, но хорошо подобранную).

Зайцева И. И. Царскосельская библиотека Екатерины II // Библиофильство и личные собрания. М., 2013.

Fontaine J.-P. Cazin, l'éponyme galvaudé. [Paris] : l'Hexaèdre éd., 2012.

Линь Ш. Ж. де. Портрет Екатерины II // Екатерина II и её окружение. М. 1996.

Грибовский А. М. Записки о императрице Екатерине Великой... М., 1864.

Письма Екатерины Второй барону Гримму // Русский архив. 1878. Кн. 3. Вып. 9–10. Письмо от 5 марта 1785 г.


Документы

СИРИО. Т. 23. С. 70. Письмо  от 17 ноября 1777 г.

СИРИО. Т. 23. С. 566w и 584. Письма Ф.-М. Гримму от 9 мая 1792 г. и 28 июня 1793 г. соответственно.

Отдел рукописей РНБ. Ф. Эрм. 589. [Без даты]. Реестры рукописям и книгам российским и иностранным; законам и разным спискам и табелям; также атласам, картам и планам; рисункам, эстампам, медалям и прочим вещам, находившимся в будуаре, в кабинете и в зеркальной комнате, блаженные памяти государыни императрицы Екатерины Алексеевны.

РГИА. Ф. 468. Оп.1. Д. 4031. Л. 8, 91–93.

РГИА. Ф. 487. Оп. 20. Д. 1191. Л. 28. Реестр принятым книгам из библиотеки, находящейся в Яшмовых комнатах.

Оставить комментарий

Для того,чтобы оставлять комментарии, Вам необходимо Зарегистрироваться или Войти в свою комнату читателя.