• Текст: Екатерина Голубева
  • N 6/18

Новая Голландия

Таинственный остров Новая Голландия скрыт от глаз за кирпичными стенами. Ночью на наемной лодочке можно заплыть в канал, ведущий в глубь острова, – но не дальше чем на два метра. Лодочник так и говорит: «Дальше нельзя – военные». Это самый настоящий остров Невезения: что бы с ним ни делали – не идут дела. Впрочем, иногда трудно отличить невезение от везения. И раз уже сама судьба сопротивляется разрушению романтического образа Новой Голландии, может, и не надо отнимать ее у военных? Тем более что они поддерживают эту романтику с XVIII века.

Новая Голландия

Конечно, шансы попасть на закрытый остров все-таки существуют. Например, можно с уверенностью в голосе объявить себя клиентом пошивочной мастерской, следующим на примерку. Или, пользуясь романтикой белой ночи, безо всякого обмана попробовать сговориться с прапорщиком в будочке у «моста № 1». Это вполне реально, если посетитель – дама, а прапорщик в хорошем настроении (в моем случае все совпало, и режим секретности рухнул, оказавшись слабее воинской галантности). Но большая часть горожан все-таки наблюдает очертания Новой Голландии только через перила канала – сквозь ветки изрядно разросшихся тополей.

Новая Голландия

Остров, на котором находится комплекс «Новая Голландия», – искусственный. Он появился в 1720-х годах, когда невзрачный ручей, впадавший в Мойку, превратился в Адмиралтейский канал, а от Невы был прорыт другой канал – Крюков.

Еще при Петре на новом острове хотели соорудить романтичную усадебку с прудом, но руки не дошли. Зато в начале 1731 года было решено использовать остров для сушки и хранения лесоматериалов, необходимых для строительства кораблей. Выбор места был обусловлен близостью Адмиралтейства. На переданном Адмиралтейств-коллегии острове по проекту зодчего Коробова соорудили деревянные сараи для сушки дубового корабельного леса по-голландски – особыми штабелями. Когда эти строения пришли в ветхость, главный архитектор Адмиралтейства Савва Чевакинский создал проект ансамбля каменных строений для сушки леса «конусами», то есть в наклонном положении. Именно ему принадлежит идея строительства галерей по периметру острова, связанных арками над каналами для пропуска барж во внутренний «гаванец». В целом проект Чевакинского был утвержден, за исключением фасадов.

В 1765 году зодчему Ж.Б. Валлен-Деламоту было передано задание на проектирование новых фасадов, с которым он справился очень быстро. Изначально унылый складской комплекс архитектор-классицист решил изменить и украсить в соответствии со вкусами времени: придать благородство пропорциям, снабдить корпуса соответствующими архитектурными деталями и отметить узловые части – проход во внутренний канал и углы комплекса – характерными композициями. Подобную же операцию с петербургскими складами, выходящими к воде, раньше Деламота проделал Ринальди в Тучковом буяне, а несколько позже – Тома де Томон в Сальном буяне.

Невезение XVIII века

Возведение Новой Голландии по проекту Вален Деламота было начато в том же 1765 году. Однако в процессе строительства неожиданно обнаружилось, что план складских корпусов Чевакинского, в соответствии с которым Валлен-Деламот проектировал фасады, не совпадает с реальностью и даже не вписывается в очертания острова. За эту оплошность Чевакинского отстранили от работ и руководство строительством передали талантливому инженеру И. Герарду. Инженер предложил собственный вариант проекта фасада – без арки, и так был уверен в своей правоте, что настаивал на его утверждении. Однако проект Герарда все-таки был отвергнут, и оскорбленный автор не смог придумать ничего лучшего, как потерять проект соперника. Объяснение Герарда, куда девались чертежи Валлен-Деламота, оказалось на редкость простым и вызывающим доверие: «шед по дороге, обронил». Но, поскольку в Адмиралтейств-коллегии сохранилась копия проекта, выполненная Чевакинским, Герарду все-таки пришлось уточненный и видоизмененный им план Новой Голландии приводить в соответствие с утвержденным фасадным решением. Однако, поскольку величественный портал «подходящих размеров» сооружен был подполковником «по памяти», деламотовы арки оказались на полсажени ниже, чем нужно было для прохода груженных лесом плашкоутов. В результате всех этих передряг, ошибок и потерь комплекс не смогли выстроить так, чтобы он смотрелся законченным произведением.

Невезение XIX века

В начале позапрошлого столетия на территории Новой Голландии была открыта морская тюрьма, а в конце века – испытательный бассейн для кораблей и ряд других сооружений. Но основную часть площади по-прежнему занимали склады и прочие хозяйственные помещения флота. Все это хозяйство, хотя и необходимое, и важное, и нужное, постоянно пытались куда-нибудь переместить. По соседству строились: великокняжеский дворец, Благовещенская церковь и казармы гвардейского морского экипажа. Всем было ясно, что утилитарные заведения – мясосольни, маслотопки и кузницы исправительной тюрьмы – надо выводить из аристократического района куда-нибудь подальше, например в Кронштадт. И выводили, и перевозили, но вместо перевезенного, словно по волшебству, здесь все равно неизменно возникали какие-нибудь пошивочные мастерские или, того хуже, лаборатории с подозрительными химикатами. Кстати, в одной из таких лабораторий Дмитрий Менделеев проводил свои опыты по получению пироколлодия (бездымного пороха). Тут же находился бассейн для испытания моделей судов – первый в России и шестой в мире по своим масштабам. С бассейном соседствовали тюрьма и церковь, прачечные и помещения «для женатых чинов», мундирные магазины, цейхгаузы и даже радио-станция, при посредстве которой В.И. Ленин о чем-то взывал к революционным матросам. С восьмидесятых годов XIX века началась общественная дискуссия о переустройстве Новой Голландии». Известный архитектор Людвиг Фонтана создал проект размещения на острове трех городских кварталов с площадью посередине. К 1900 году возникло первое акционерное общество для интеграции острова в городскую среду. Здания для концертов, базаров и съездов планировалось разместить «в роскошном сквере». Морское министерство подготовило собственный проект передислокации своих подразделений в Гребной порт с распродажей острова по частям. Но единовременно вывести разросшееся хозяйство с острова оказалось невозможным. Планы реконструкции так и остались планами.

Невезение XVIII века

После революции порядки в Новой Голландии стали только строже. В течение 80 лет остров считался закрытой зоной, на нем располагались части ВМФ, и никаких надежд на выселение их оттуда не было. В постсоветское время за Новую Голландию взялся первый мэр Санкт-Петербурга Анатолий Собчак, памятником чему остался один расчищенный и отреставрированный портал. В 1990 году было создано акционерное объединение «Новая Голландия». Благодаря фантастической энергии архитектора Вениамина Фабрицкого и авторитету Собчака дело как будто сдвинулось. Французская строительная фирма «СВС» в составе крупной компании «Женераль Д`езо» согласилась практически на свои деньги и к тому же своими силами развивать остров в направлении, намеченном еще в XIX веке. Объектам культуры проект отводил 74 процента площадей, коммерции – 26 процентов. Городские власти говорили не о продаже памятника иностранцам, а только об аренде территории совместным предприятием «Петерфранс» сроком на 99 лет, причем только в той части острова, где возможно новое строительство. Но проект вызвал острую критику, в прессе началась активная антисобчаковская кампания. И французы, выполнив часть реставрационных работ, решили выйти из дела – европейские бизнесмены редко решаются идти против мнения общественности. Попытки собрать деньги на реконструкцию за счет частных пожертвований – например, во время телемарафона «Возрождение» в январе 1991 года – значительным успехом не увенчались. В середине девяностых годов остров в течение нескольких дней был открыт для всех. Осуществить эту идею удалось кураторам российско-британского художественного проекта «Emplacement». В нем приняли участие около тридцати художников из разных стран. Цель была благородной – привлечь всеобщее внимание к бедственному положению острова.

Невезение XXI века

Привлечь внимание получилось, но и только: теперь создано очередное ОАО, в котором решающий голос принадлежит городским властям. Был проведен архитектурный конкурс, в котором победил проект Юрия Митюрева. В соответствии с проектом на острове площадью 7,8 гектара сохраняются и охраняются пять памятников федерального значения. В то же время здесь создаются гостиницы, деловой центр и жилые апартаменты общей площадью сто тысяч квадратных метров, почти половина которых располагается в исторических зданиях. Остальное – в новых корпусах на месте сооружений, которые предполагается снести. Стоимость реализации проекта – около 100 миллионов долларов. Однако попытки вывода с острова военных снова ничем не увенчались – федеральные деньги на эти цели быстро иссякли. Удалось освободить только занимаемую ЦНИИ имени Крылова четверть острова. А поиски стратегического инвестора опять изрядно затянулись. Остров Невезения остается самой недоступной достопримечательностью в историческом центре Петербурга.

Новая Голландия
Новая Голландия
Новая Голландия
Новая Голландия
Новая Голландия
Новая Голландия
Новая Голландия
Новая Голландия

Фотографии Дмитрия Горячева.

Оставить комментарий

Для того,чтобы оставлять комментарии, Вам необходимо Зарегистрироваться или Войти в свою комнату читателя.