Дамба

Дамба

в № 8/20, "МОСТЫ"/Часть города

слова БОРИСА УСАНОВА, фотографии ДМИТРИЯ ГОРЯЧЕВА

Многие склонны думать, что проект Комплекса защитных сооружений Санкт-Петербурга — пример брежневской гигантомании вроде «поворота сибирских рек». Но это далеко не так. Закладывая город, Петр Первый, видимо, рассчитывал, что Ладожское озеро — вполне надежный регулятор, обеспечивающий Неве завидную равномерность стока. И девять наводнений, еще при его жизни случившиеся в Петербурге, немало озадачили царя. Началось наращивание причальных стенок. Указом была определена отметка пола строившихся культовых и светских зданий. Приступили к рытью каналов, и прежде всего, по проекту архитектора Ж. Леблона, — на Васильевском острове. Предполагалось, что именно каналы примут весь избыток воды. Вынимавшийся при рытье каналов грунт по предложению сподвижника Петра графа Б.-Х. Миниха использовали для прибрежных подсыпок.

Ā PROPOS

В издательстве “гуманистика” вышла книга автора этой публикации профессора Б.П. Усанова “Ногою твердой стать при море…” Читайте о ней в следующем номере журнала.


Как показали дальнейшие события и начатые исследования, виновником всех бед была вовсе не Нева. Морские наводнения, жертвой которых оказался Санкт-Петербург, возникают в результате метеорологических и гидрологических процессов, происходящих в Балтийском море. Они связаны с нарушением равновесия водных масс при прохождении над ними циклонов, возникающих чаще всего в Исландии, в районе Рейкьявика, и с образованием так называемой «длинной волны». Двигаясь в восточном направлении, она создает разряженное пространство над водами Балтики, которые все больше подтягиваются к ней. Естественно, при сужении моря, особенно в районе Финского залива, эти воды образуют мощный поток, называемый нагонной волной. В восточной части залива при повороте циклона на север водному потоку ничего другого не остается, кроме как излиться на невские берега. Все это в сочетании с ветровым нагоном вызывает кратковременные резкие подъемы уровня воды и заставляет Неву течь вспять, затопляя острова дельты, а с ними и значительную часть города. Лишь после того, как причина «потопов» была распознана, появилась реальная возможность разрабатывать проекты защиты города от наводнений.
«Для умеющего пользоваться уроками несчастья зло должно быть следствием или причиной добра, более или менее великого», — такими словами начал архитектор А.Ф. Модюи предложения, имеющие целью отвратить бедствия, подобные тем, что постигли Санкт-Петербург в результате катастрофического наводнения 7 ноября 1824 года с подъемом воды на 4 метра 21 сантиметр.
Они были внесены в рамках конкурса, объявленного на проект полного устранения угрозы затопления. Совет при Министерстве путей сообщения, назначенный для выбора оптимального варианта защиты города, к согласию не пришел. Его председатель генерал-майор Е. Сиверс просил не торопить его или уволить, объясняя это тем, что обсуждаемому проекту «природа представляет гораздо более препятствий, нежели искусство преодолеть их известными средствами».
С болью в сердце отмечал директор Института инженеров путей сообщения профессор Петр Петрович Базен: «Хотя подъем воды в наводнения 1752 и 1777 годов был меньше, чем в 1824 году, но и они имели достаточно гибельные последствия, чтобы были предприняты предостережения по их предотвращению в будущем. Но в том и состоит несчастье человеческих обществ, что поколения, сменяя друг друга, никогда не наследуют опыт тех, кои им предшествовали. Печальное происшествие 7 ноября (1824 г. — Авт.) лишний раз подтвердило, что урок 1777 года был потерян для наших современников. И нам следует опасаться, чтобы полученный нами урок не был потерян для наших потомков, если мы не поспешим сразу же извлечь пользу».
Эти слова принадлежат человеку, который в течение своей жизни трижды обращался к теме защиты города от наводнений. Он участвовал в строительстве Обводного канала с целью, помимо всего прочего, хотя бы на семь верст сократить путь невской воды в Финский залив. Разработал проект обетонирования подвалов зданий и, наконец, впервые предложил разместить защитные сооружения по трассе, близкой к той, которая выбрана в осуществляемом сегодня проекте.
Однако превосходная идея П.П. Базена имела один изъян. Предлагая сплошную дамбу в северном створе и лишь один шлюз для прохода судов да небольшое отверстие для водообмена на юге, автор предполагал одним махом решить и другую проблему — поднять уровень воды в Невской губе по крайней мере на четыре фута. Тем самым обеспечивался бы беспрепятственный подход судов к причалам в дельте Невы. Но, решая эту проблему, Базен оказывался перед фактом значительного подъема грунтовых вод в городе, за что и был раскритикован.
Все проекты защиты города от наводнений, выполненные до начала XX века, делятся на три группы. К первой группе относятся проекты по ограждению затопляемых частей города дамбами и поднятию его территорий за счет подсыпки грунта. Ко второй — те, в которых причина наводнений объяснялась притоком воды со стороны Ладожского озера и предполагалось с помощью системы каналов распределить эту воду на значительную сливную площадь. Наконец, третью группу составляют проекты, целью которых является создание преграды со стороны моря.
После наводнения 1924 года по распоряжению Главнауки при Российском гидрологическом институте была образована ведомственная комиссия по изучению ленинградских наводнений и выработке мер для предохранения города от этого бедствия. Специальное подразделение для разработки системы защиты от наводнений было создано в Институте городского хозяйства. В Ленсовете состоялось расширенное заседание по данной теме. В 1933 г. Институту коммунального хозяйства поручили составить подробную записку для доклада в правительстве страны. В основных положениях Генплана развития Ленинграда на 1966—1985 годы была отмечена необходимость разработки технико-экономических обоснований проекта защитных сооружений.
В этом Генплане была сформулирована идея концентрического развития Ленинграда. Однако на севере находятся Орловский, Шуваловский и другие парки; на востоке город полукольцом охватывает «сельскохозяйственный огород». Развитие на юг по шумовым характеристикам сдерживается взлетно-посадочными полосами аэропорта Пулково. Поэтому главным становилось западное направление с намывом на подтапливаемые территории и мелководье Невской губы десятков миллионов кубометров грунта и дальнейшим его уплотнением до высотной отметки 3,45 метра над уровнем моря. Это соответствовало бы уровню наводнений, которые случаются с частотой раз в сто лет, и предоставляло в конечном счете более 4,5 тысячи гектаров территорий под массовое строительство. Представлялось очень заманчивым добавить три с лишним Васильевских острова, причем там, где жители смогли бы найти себе работу. Открывалась возможность создания 30-километрового морского фасада города.
Но сколько же потребуется времени для подготовки под застройку получаемых таким образом новых земель? Достаточно ли названной отметки для предотвращения наводнений вообще? И как спасти от них пригороды — Ломоносов, Петродворец, Стрельну? Стоит или нет продолжать подобные работы или все-таки обратиться к устройству дамб в Финском заливе?
Подсчеты показали, что если образованные земли оставить на отметке, только предотвращающей их заболачивание, то из намеченного не потребуется намывать по крайней мере 36 миллионов кубометров грунта. Этого вполне достаточно для создания дамб защитных сооружений, способных выдержать наводнения уровнем до 5,4 метра.
Кроме того, создание комплекса защиты от наводнений делает реальной давнюю мечту градостроителей и транспортников о создании вокруг Санкт-Петербурга транзитной кольцевой магистрали, так как позволяет замкнуть ее 25-километ-ровой дорогой по гребню защитных сооружений. В этом избавление города ежесуточно от 30 тысяч транзитных автомашин. После завершения стройки улучшится связь Карельского перешейка и южных парков-заповедников.
А Кронштадт? Не случайно его жители называют технологическую дорогу, идущую по северному створу недостроенного еще комплекса, новой «дорогой жизни». Через защитные сооружения предполагается подать второе электропитание в Кронштадт, а канализационный коллектор от кронштадтских очистных сооружений уже проложен внутри дамб. А причальные стенки, используемые строителями, впоследствии могут пригодиться для нужд порта


Осенью 1955 года был отмечен подъем воды в Неве на 2 метра 80 сантиметров. Тогда я учился в ЛИСИ на четвертом курсе архитектурного факультета. Нас специально предупредили о наводнении, но что с того? На следующее утро я спокойно поехал на Зимнюю канавку, чтобы закончить очередную учебную акварель с натуры. Расположившись под Эрмитажным переходом, пошел за водой к Неве. Под ноги не смотрел, поскользнулся — и вдруг оказался в воде, в нескольких метрах от набережной, со стеклянными банками в обеих руках. Уже болтаясь в колоколе своего жесткого плаща, увидел скользкие водоросли, обильно покрывавшие спуск…

Научные эксперименты, проведенные на водопропускных сооружениях северного створа, показали, что закрывание и открывание затворов может стать эффективным инструментом промывания Невской губы. Даже этого беглого экскурса по
проблемам, решению которых способствуют защитные сооружения, вполне достаточно, чтобы продемонстрировать их многопрофильность.
Вот почему эти сооружения были включены в «Основные направления экономического развития СССР на 1996—1990 годы и на период до 2000 года». В разделе «Размещение производительных сил» было отмечено: «Обеспечить взаимосвязанное развитие Ленинграда и Ленинградской области. Продолжить строительство сооружений по защите Ленинграда от наводнений». Разработка технико-экономического обоснования защитного комплекса была поручена Ленинградскому отделению института Гидропроект имени С.Я. Жука. Этот же коллектив выполнил и технический проект. Архитектурный облик защитных сооружений был создан в ЛенНИИпроекте под руководством академика архитектуры А.В. Жука.
Стройка началась в осенние месяцы 1979 года. Справедливости ради скажу, что голландского рекорда продолжительности строительства подобного сооружения мы еще не побили. Рекорд голландцев — 30 лет. А затишье на гигантской стройплощадке комплекса защиты Санкт-Петербурга от наводнений, надеюсь, уже позади. ♦

ДамбаДамбаДамбаДамбаДамбаДамбаДамба