Елизаветино

Елизаветино

в № 10/22, "АЭРОДРОМЫ"/Усадьба

слова СЕРГЕЯ ЯРОШЕЦКОГО

Местный знаток-краевед авторитетно объяснил журналисту, командированному из Журнала Учета Вечных Ценностей, что места эти давным-давно принадлежали императрице Елизавете. Здесь дочь Петра Великого гуляла, охотилась на лесных и полевых зверей, а также и на симпатичных кавалеров, якобы даже приживала себе внебрачных детей — в общем, вела непринужденную и беззаботную загородную жизнь.
«Веселая царица Была Елисавет: Поет и веселится, Порядка только нет». Так сказано об этом периоде у А.К. Толстого в «Истории государства Российского от Гостомысла до Тимашева». И в память о царских охотах, дескать, называются здешние края в честь веселой царицы — Елизаветино. Сообщив эту весьма правдоподобную, на первый взгляд, версию, местный житель на прощание поведал, что жил тут и внебрачный сын Екатерины Великой — маленький Алеша, известный в российской истории как граф А.Г. Бобринский.
В статье доктора филологических наук Бориса Мисонжникова высказывается другая версия названия этих мест: от фамилии помещиков Елизаветиных, обитавших-де здесь гораздо позднее, уже в XIX веке. Есть и третья версия, которая представляется автору наиболее правильной. Однако же все по порядку.
До сих пор в нашей елизаветинской экспедиции мы обращались к устным, народным источникам и к изучению популярной литературы о предмете. Теперь же привлечем документальные свидетельства. Начало письменной истории края относится к самому концу XV века, а именно к 1499 году. Как раз в этом году в Москве великий князь всея Руси Иван Третий объявил своим наследником сына Василия, будущего отца Ивана Васильевича Грозного.
В то же время в Писцовой книге Водской пятины был упомянут «погост Егорьевский Вздылицкой», находившийся где-то в районе нынешнего Елизаветина. Здесь нам особенно интересно название «Вздылицы», означавшее на старорусском, что населенный пункт был расположен на возвышенности.
Внимательно изучив Столбовский мирный договор 1617 года и последующие русско-шведские документы, обнаружим, что Копорский уезд Водской Пятины долгое время оставался во власти шведских королей до Карла XII включительно. Освободив исконно русские Вздылицы в ходе Северной войны, Петр Великий официально пожаловал деревню одному из «птенцов» своего «гнезда» князю Г.И. Волконскому. Князь построил себе терем, но уже в Дылицах, потому что к завершению строительства первая часть изначального названия княжеского имения как-то позабылась — вероятно, из-за трудности произношения.
Начиная с XVIII века свидетельства письменных источников отчасти смыкаются с версией местного населения, потому что действительно в соседних с Дылицами Гостилицах была расположена мыза, принадлежавшая фавориту «дщери Петровой» графу А.Г. Разумовскому. И Елизавета под предлогом увлечения охотой довольно-таки часто туда каталась, тем более что охотничьи угодья тут и впрямь были великолепными. Так что дворец в Дылицах служил для царицы либо путевым — для отдыха по дороге к любимому графу, либо охотничьим. А построен дворец был не то Б. Растрелли, не то А. Ринальди. Тут мнения расходятся.
В середине XVIII столетия Дылицы становятся прекрасной иллюстрацией к истории дворцового переворота, в результате которого племянник Елизаветы Петровны император Петр Третий оказался свергнут собственной женой Екатериной и убит ее сообщниками. Екатерина купила Дылицы еще будучи супругой наследника престола. А став императрицей, в знак признательности за поддержку подарила имение гардеробмейстеру В.Г. Шкурину (первому воспитателю ее сына Алеши, отцу которого Г. Орлову досталась Гатчина).
Василий Григорьевич оказался весьма рачительным помещиком. Пригласив зодчего Савву Чевакинского, в 1766 году он построил в Дылицах каменную Владимирскую церковь, огородил парк земляными валами и соорудил множество хозяйственных строений: амбар, каменную ригу и многое другое. Имение славилось своим скотным двором, была в нем и собственная мельница (ей обязана своим названием достопримечательность здешнего рельефа — Мельничная гора).
Во владении потомков екатерининского гардеробмейстера имение находилось без малого сто лет. За это время дворец претерпел несколько перестроек, в парке соорудили оранжерею, однако по-настоящему новый этап в судьбе Дылиц начался с середины XIX века. В 1840 году генерал-майор Шкурин продал их помещице Волковой, а та двенадцать лет спустя уступила все свои деревни — Вероланцы, Авколово, Большое и Малое Веренье, Шпаньково, Ижору, Дылицы и другие — блестящему петербургскому гвардейцу князю П.Н. Трубецкому. Гусар Трубецкой был женат на светской красавице Елизавете, урожденной княжне Белосельской-Белозерской.
Как раз ей, скорее всего, место и обязано своим наиболее известным именем. После смерти мужа Елизавета Эсперовна Трубецкая стала здесь не просто хозяйкой, а настоящим диктатором. Во-первых, она всячески поддерживала разговоры о похождениях своей августейшей тезки императрицы Елизаветы в здешних краях. Не чуждая прогрессу, властная помещица фактически «приватизировала» местную станцию железной дороги, проложенной здесь в 1870 году, и дала вокзалу название «Елизаветино». Вообще княгиня чудила, как могла: завела собственный поезд, приказала изгнать из парка кротов (этого, впрочем, исполнено не было), покупала-сдавала-продавала построенный купцом К.Ф. Епифановым у самой станции заводик, выпускавший сначала гашеную известь, а потом и кирпич.
Активная, но лишенная деловой целесообразности сельскохозяйственно-промышленная деятельность бывшей светской львицы завершилась сюжетом чеховской пьесы «Вишневый сад». В 1899 году не только убыточный завод, но и значительную часть имения купил предприимчивый купец К.А. Манкау, сразу же разбивший приобретенную землю на дачные участки и продолживший разработку елизаветинского карьера. Памятником этому времени остались дачные поселки Николаевка и Алексеевка. За барским парком была тогда построена сельская больница с амбулаторией и две роскошные дачи: «Тирольская» и «Полукаменная».
Десять последних перед Октябрьской революцией лет, после смерти княгини, похороненной в Дылицкой церкви, имение принадлежало ее зятю, миллионеру В.П. Охотникову. При нем с северной стороны дворца снесли деревянную галерею и заменили каменной пристройкой, продали под дачи Охотничью рощу за станцией, в южной части парка построили горбатый каменный мостик. Самым оживленным местом до 1917 года был вокзал. Тут действовали почтово-телеграфное отделение, торговый дом «Капернаум», имелась, конечно, и пивная. По железной дороге в Елизаветино приезжали гости и дачники — поэт Игорь Северянин, брат композитора М.И. Чайковский, женатый на урожденной Охотниковой граф А.А. Игнатьев.
Первые советские годы в усадьбе Дылицы лучше всего изучать по роману А. Рыбакова «Бронзовая птица». Эстонскую коммуну, устроенную в усадьбе уже в 17-м году, в 1920-м сменила трудовая школа. При «лучшем друге полеводов» товарище Сталине в 1932 году в Дылицах помещалась опытная сельскохозяйственная станция. Женщины работали на «Дунькиной» пуговичной фабрике.
Война нанесла дворцу и парку огромный ущерб. Сломив героическое сопротивление 2-го батальона курсантов-пограничников Высшего политического училища НКВД, пришедшие сюда в 1941 году фашисты устроили во дворце штаб и казарму, а в церкви — склад боеприпасов.
О нынешнем состоянии усадьбы лучше всего говорят фотографии. Места тут удивительно красивые и любопытные: руины живописны, природа по-прежнему великолепна, и, начав с изучения местной топонимики, поневоле припоминаешь всю отечественную историю. ♦

ЕлизаветиноЕлизаветиноЕлизаветиноЕлизаветино

Елизаветино
Фотографии Михаила Шолка