Изменения

Единственная рубрика в Журнале Учёта Вечных Ценностей, для которой имеет значение пресловутый «информационный повод». Причём нас интересуют не столько самые последние изменения в городской среде, сколько те, которые останутся надолго или навсегда. В принципе, не очень важно, когда произошло изменение. Главное, чтобы оно оказалось существенным

Гауптвахта

в № 22/34, "ГВАРДИЯ"/Изменения

Слова ВИКТОРИИ МИЛОВАНОВОЙ

С трудом произносимое слово «гауптвахта» появилось в русском языке во времена Петра Первого, и пришло оно, как и многие другие, из Германии. Немецкое Haupt Wache, что переводится как «главный караул», в России обозначало и помещение для караула, и сам караул, и особую тюрьму, куда на короткий срок попадали военнослужащие за нарушение дисциплины.
Первая гауптвахта — почти ровесница Петербурга — была построена в 1707 году на южном берегу главного канала Петропавловской крепости, неподалёку от дома коменданта. Небольшое деревянное здание прослужило всего 30 лет, на его месте сейчас находится Комендантский дом. Позднее немного дальше от Петропавловского собора возвели новую обер-офицерскую гауптвахту, на сей раз каменную, которую перестраивали уже в 1907–1908 годах. Это помещение предназначалось для караула, а также для содержания под арестом офицеров гарнизона крепости.

Пока город и гарнизон были совсем небольшими, одной гауптвахты было вполне достаточно. По мере роста столицы в Петербург прибывали всё новые и новые полки. Гвардейцы отвечали за спокойствие в том районе, где находились их казармы. Особенно много хлопот возникало, конечно, в самых людных местах — на площадях, на рынках и возле государственных учреждений. Именно там в первую очередь возводились небольшие караульные помещения, где зачастую сиживали и «гражданские» — мошенники, мелкие воришки и просто подвыпивший люд. Строили гауптвахты и на выездах из Петербурга, к тому же в каждом полку обязательно была своя «губа» для провинившихся гвардейцев. Всего гауптвахт в городе насчитывалось свыше двадцати. Конечно, основными считались те, что располагались в Зимнем дворце, в здании Сената, в Государственном банке и при Арсенале. Например, арестованных офицеров-декабристов привозили сначала на гауптвахту Зимнего дворца или гауптвахту Главного штаба и только потом некоторых доставляли в Петропавловскую крепость.

Постепенно к концу XVIII века термин «гауптвахта» перестали использовать как название караула, а позже и как название караульного помещения. Сейчас он употребляется только для именования военных тюрем. В Петербурге так называется главная гарнизонная тюрьма, которая с 1826 года находится в доме № 3 по Садовой улице, в здании военной комендатуры Санкт-Петербургского гарнизона.

Садик на Манежной площади

в № 13/25, "ЗООПАРК"/Изменения

слова ЛЮДМИЛЫ БЕЛОВОЙ

Шла я как-то весной 1999 года по городу с фотоаппаратом. И слева от здания Зимнего стадиона, в небольшом садике, у покрытой плющом стены сняла скульптурную группу: маму, сына и дочку. Из ноги мальчика торчала арматура, у девочки через всю руку шла глубокая трещина. В следующий раз гуляя по городу, решила навестить покалеченных. Но стены с плющом уже не обнаружила, и бетонная семья тоже исчезла. Вместо всего этого стоял забор с объявлением про строительство элитного дома. Продолжая аккуратно фиксировать на плёнке происходящие изменения, я узнала, что место это считалось культовым под именем «Малая Садовая»: художники и поэты употребляли здесь спиртные напитки, общаясь между собой. Имя скульптора выяснить не удалось, зато в Комитете по охране памятников отыскались старые снимки, из которых стало ясно, что в 1930-е годы на постаменте был один мальчик с мячом, а маму с дочкой приделали уже после войны.
Когда в 2002 году стройка закончилась, мне осталось только сфотографировать новый дом. ♦

Фотографии разных лет из архива КГИОПа и Людмилы Беловой

Перетяжки на Невском проспекте

в № 12/24, "ВОДОПРОВОД"/Изменения

слова СЕРГЕЯ ЯРОШЕЦКОГО

Назывался Невский когда-то проспектом 25 Октября, был перед Казанским собором макет лагеря челюскинцев во льдах. Прошли десятилетия, сменилась декорация — весь проспект завесили рекламными перетяжками. Роскошный вид на Адмиралтейство с площади Восстания оказался закрыт рекламой.
А теперь невозможно найти хорошую фотографию, на которой запечатлён этот факт. Вот что значит «эффект отсутствия»: даже самая досадная вещь сразу после исчезновения становится ценностью. ♦


 Ā PROPOS

Журнал Учёта Вечных Ценностей продолжает поиск фотографий перспективы Невского проспекта с рекламными перетяжками.


Перетяжки на Невском проспекте
Вид с нечётной стороны Невского проспекта на здание компании «Зингер». Февраль 2003 года. Фотография Дмитрия Горячёва
Перетяжки на Невском проспекте
Вид с нечётной стороны Невского проспекта на здание компании «Зингер». Март 2004 года. Фотография Андрея Кузнецова

NB ! Редакция благодарит сотрудников Художественно-производственного объединения за помощь в подготовке публикации.

Ямской рынок на Разъезжей

в № 11/23, "ТРАМВАЙ"/Изменения

слова СЕРГЕЯ ГРИГОРЬЕВА

Когда в советское время кому-нибудь приходило в голову обновить мебельный антураж или продать ставший ненужным шкаф, ему говорили: «Это тебе на Марата надо». Там, на углу улиц Марата, Разъезжей и Боровой, в старинном здании с колоннами располагался крупнейший в городе комиссионный мебельный магазин.
За долгие десятилетия существования комиссионки горожане привыкли к ней и не обращали внимания на то, что она занимала не очень подходящее ей по рангу историческое здание. И только отдельные культурные «иногородцы», наткнувшись случайно на это далёкое от основных туристских путей монументальное сооружение, удивлялись: «Это только в Питере такое возможно — «классическая» комиссионка!» И действительно это здание классическое — в буквальном смысле этого слова. Шедевр классицизма, Ямской
рынок был построен в 1817—1819 годах известнейшим русским зодчим Василием Стасовым — тем самым, который создал в Петербурге множество замечательных сооружений — Спасо-Преображенский и Троицкий соборы, здание Конюшенного двора и Павловские казармы на Марсовом поле, Нарвские и Московские триумфальные ворота.
Ямской рынок — треугольное в плане сооружение на невысоком цоколе, с эффектной галереей, украшенной по периметру дорическими колоннами. Крупный масштаб здания, мерный шаг колонн, отсутствие лишнего декора создают выразительный и мощный архитектурный образ. Стасов работал над самыми разными проектами административных, хозяйственных, военных, торговых и жилых сооружений. Иные из них стали типовыми, или образцовыми», как тогда выражались, проектами и оказали большое влияние на строительную практику во многих провинциальных городах России.
Новый петербургский рынок был поделён на 40 лавок, предназначался он для торговли мясом, рыбой и зеленью. Рынок стал архитектурным центром окружавшей его Ямской слободы, названной так, поскольку селились тут преимущественно ямщики. Кварталы, примыкающие к Лиговскому каналу (нынешний Лиговский проспект)
и очерченные улицами Ямской (ныне Достоевского) и Грязной (теперь Марата), были застроены низкими деревянными домиками
— извозчицкими дворами. Вокруг располагались обширные промысловые огороды, обнесённые заборами. Ямская слобода выгорела во время больших пожаров 1832 года и ещё раз — в конце 1850-х годов. По воспоминаниям писателя Николая Лейкина, этот район сохранял совершенно провинциальный облик вплоть до начала 1860-х.
С открытием поблизости Кузнечного рынка, имевшего более выгодное местоположение, значение Ямского рынка сошло на нет. Впрочем, торговля в нём велась до 1920 года, а затем советская власть разместила в этом здании завод по производству торгового оборудования. Потом здание рынка долгое время использовалось как склад, а с начала 1960-х годов в нём расположился известный нам комиссионный мебельный магазин. К завершению XX века само название «Ямской рынок» практически ушло из лексикона горожан. Тем временем здание рынка, хотя и числилось под охраной государства, постепенно ветшало и разрушалось без должного ремонта…
Ситуация изменилась только в 1998 году, когда владельцем многострадального памятника стала бизнес-структура под названием «Авиакомпания Пётр I». Она вернула ему историческое название — Ямской рынок — и отремонтировала фасады. В ходе реставрации им тоже вернули исторические цвета: в советское время фасады были сине-серыми, теперь стали жёлтыми. На очереди — реставрация интерьеров, но уже сейчас полным ходом идёт сдача площадей в аренду в воссоздаваемом торговом центре. ♦

Ямской рынок на Разъежей
Ямской рынок. 2002 год. Фотография Александра Флоренского
Ямской рынок на Разъежей
Ямской рынок. 2004 год. Фотография Андрея Кузнецова

Остатки трамвайных путей

в № 11/23, "ТРАМВАЙ"/Изменения
Остатки трамвайных путей

слова ДМИТРИЯ ГОРЯЧЁВА

У Александровского сада, на месте, откуда отправился первый в городе трамвай, установлен памятник в виде фрагмента рельсов. Эти пути были демонстированы в самом начале борьбы с трамваем, как «громоздким транспортным средством». За последние годы исчезли трамвайные рельсы на Стремянной улице, ул. Жуковского, Малом проспекте В.О., Конюшенной площади, Кожевенной линии и проч. ♦

Фотографии Дмитрия Горячёва

Дворец Бельведер в Петергофе

в № 10/22, "АЭРОДРОМЫ"/Изменения

слова ЕКАТЕРИНЫ ГОЛУБЕВОЙ

Петергофский дворец Бельведер, венчающий Луговой парк, обозначает границу Петергофа и является одной из последних построек в ряду местных достопримечательностей. В середине 1990-х это здание находилось в ужасающем состоянии — без окон и дверей, практически без кровли, без отопления, заливаемое дождями и заносимое снегом. Сейчас дворец отреставрирован, осталось завершить оформление интерьеров и обустроить прилегающий к нему парк.
Дворец Бельведер в Петергофе
Дворец Бельведер. Перед дворцом видны утраченные в войну кони П. Клодта – такие же, как на Аничковом мосту. Гравюра второй половины XIX века

Бельведер появился в ансамбле Петергофа сравнительно поздно — в 1852 году, в царствование Николая Первого. До этого на месте павильона стоял деревянный приказной дом.
Территория, на которой построен дворец, прежде носила странное название Бабигон. Еще в первой четверти XVIII века на Бабигоне разбили огород и построили небольшие погреба.
В 50—60-х годах того же века здесь существовал сад, а для тех, кто должен был присматривать за ним, поставили приказной дом.
Проект дворца на месте приказного дома принадлежит Андрею Штакеншнейдеру. В архитектурном облике нового дворца использовались античные мотивы (второй этаж Бельведера был выполнен в стиле древнегреческого храма и декорирован 28 полированными колоннами с ионическими капителями белого мрамора). По замыслу архитектора дворец был богато оформлен монументальной скульптурой: шесть мраморных, выполненных с античных оригиналов статуй стояли на лестнице главного входа. Мебель для Бельведера была также выполнена по единому проекту «в греческом стиле» и отвечала архитектурному облику дворца. По склону холма спускался сад, обрамленный с двух сторон деревьями и кустарниками.
Во время Великой Отечественной войны павильон был сильно поврежден, скульптуры похищены, а вся планировка сада уничтожена. С тех пор и сад, и здание так и не были приведены в надлежащее состояние. После войны зданию не повезло: в нем разместили дом отдыха. К сожалению, такое использование редко идет на пользу — дворец все больше ветшал, приходил в запустение. А к началу 1990-х Бельведер оказался и вовсе заброшен, так как содержание его вставало в копеечку арендаторам.
В 1991 году возник вопрос о проведении в Санкт-Петербурге Олимпийских игр 2004 года. К этой дате администрация города решила приурочить строительство в его окрестностях гольф-поля. Для этого наладили связи с Европейской ассоциацией гольфа, и ее президент князь Патрикий Галицын приехал в Санкт-Петербург, специально чтобы выбрать подходящее место. Выбор места для устройства гольф-полей имеет большое значение — они немыслимы без воды, «волнистого» рельефа почвы и зеленых насаждений.
Даже если гольф-поле создается на гладкой и сухой территории, обязательно устраиваются искусственные водоемы, высаживаются кустарники и деревья, насыпаются «неровности» почвы — все это делается для организации различных ловушек и препятствий, необходимых в игре. Однако высшим «шиком» считается устройство гольф-поля, вписанного в естественный ландшафт какого-нибудь исторического парка. Среди множества живописных петербургских пригородов выбор князя пал именно на Луговой парк, который соответствует всем этим требованиям без исключения. К тому же постройки Бельведера можно было реконструировать и использовать для организации полноценной зоны отдыха.
Для работы над проектом было учреждено специальное акционерное общество. В первую очередь предстояло отреставрировать дворец, построить гостиницу, привести в порядок парк — то есть создать элементы инфраструктуры, обеспеченные теплом, водой и электроэнергией. Однако сперва дело шло ни шатко ни валко — начались работы лишь в 1996 году, а к 1999-му сделано было не много. В 2000 году, предчувствуя скорый юбилей, работы подстегнули угрозой расторгнуть арендный договор.
И вот в минувшем году Бельведер наконец приобрел свой прежний царственный облик, по соседству расположилась гостиница. Правда, полного окончания работ можно ждать лишь в 2004 году, когда в Бельведере полностью восстановят исторические интерьеры, а возле него закончат одно из двух полей. Для его устройства гольф-клуб пригласил потомственного — в шестом поколении — проектировщика гольф-полей Тима Ньюджента.
Будут также проведены работы по воссозданию Лугового парка. Правда, на восстановление всего парка потребуется несколько лет: деревья, к сожалению, сразу большими не становятся. ♦

Дворец Бельведер в Петергофе
Дворец Бельведер. Фотография Дмитрия Горячева

NB ! Редакция благодарит за содействие гольф-клуб “Бельведер” и лично Льва Соколова, а также Ярослава Быкова.

Деревья в Строгановском дворе

в № 9/21, "МЕТРОПОЛИТЕН"/Изменения

слова АЛИНЫ ОРЛОВОЙ и СЕРГЕЯ БАРУ

Место ежедневного обеда, безусловно, является ценностью для любого учреждения. И вдруг, направляясь по привычке перекусить в соседний Строгановский двор, редколлегия Журнала Учета Вечных Ценностей столкнулась с препятствием в виде строительного забора. Выяснилось: рубят деревья, которые вполне элегантно и естественно пронизывали насквозь огромный брезентовый шатер быстрого питания.
Ресторация открылась во внутреннем дворике Строгановского дворца на Невском в 1999 году, но казалось — не навсегда, раз деревья не тронули и вообще сохранили весь антураж садика Строгановых. Последний обитавший здесь граф за девять лет до революции установил во дворе скульптуры и мраморные вазы, поместив их под сенью ясеней, кленов, лип и дубов. Несколько деревьев дожили до того, что стали частью ресторанного интерьера. Но пали жертвой — то ли стремления рестораторов к увеличению числа посадочных мест, то ли своего преклонного возраста. Хотя пни, обследованные редколлегией сразу после порубки, оказались еще хоть куда. Теперь же и пней не осталось. Строгановский двор выглядит каким-то голым, в нем опять открылось уже утепленное на зиму кафе, лишенное, впрочем, прежнего очарования. ♦

Деревья в Строгановском дворе
Вид Строгановского двора в далеком прошлом (до появления кафе «Строгоновский двор»). Архивная фотография
Деревья в Строгановском дворе
Вид Строгановского двора во время недавних переделок. Фотография Александра Тихонова
Деревья в Строгановском дворе
Вид Строгановского двора в 2002 году. Фотография А. Реймана

Ā PROPOS

Редакция благодарит КГИОП за предоставленные материалы.

Почтамтский мост

в № 9/21, "МЕТРОПОЛИТЕН"/Изменения

слова СЕРГЕЯ БАРУ

До наступления нового, 2004 года строители обещают завершить ремонт Почтамтского моста, интересного уже тем, что он по-настоящему цепной и пешеходный. На заводе «Адмиралтейские верфи», придерживаясь старинной технологии, для моста сковали новые цепи. Диаметр их несколько больше, чем прежних, — с такими мост станет прочнее и устойчивее. Однако не только замену цепей предписали Почтамтскому специалисты института «Стройпроект».
Первый мост через Мойку по оси Прачечного переулка построили в конце XVIII века. Был он полностью деревянным, с деревянными же промежуточными опорами-быками в виде свай, обшитых досками. Через четверть века на его месте «повис» цепной пешеходный мост, построенный по проекту инженера В. Треттера при участии инженера В. Христиановича. Можно считать, что этот мост дошел до наших дней, хотя и с другим названием
— первоначально он именовался Малым цепным, позднее — Прачечным, по названию переулка. Одновременно с пешеходным через Мойку, В. Треттер строил другой цепной мост, но проезжий и через Фонтанку — Пантелеймоновский.
Конструктивная схема Почтамтского моста проста: провисающие цепи закреплены в береговых обелисках, а пролетное строение удерживается на цепях стержнями круглого сечения. Все чугунные и металлические части моста в XIX веке были исполнены на чугунолитейном заводе Берда, декор не слишком замысловат, но изящен. Забавно, что пешеходы самочинно начали 4 августа 1824 года эксплуатацию будущего Почтамтского моста, не дождавшись даже установки перил. «Поелику невозможно остановить проходящих», — объяснял В. Треттер в рапорте высокому начальству.
Впрочем, вскоре пришлось разъяснять худшую вещь, а именно — почему при строительстве допускались отклонения от проекта. Вследствие этого уже через несколько лет в середине моста опустился настил, три обелиска из четырех отклонились от вертикали в сторону реки. Почтамтский мост стал считаться «опасным», все чаще раздавались призывы его разгрузить или подпереть. Не скоро, но сделали и то, и другое. В 1902 году красивое ограждение моста было заменено на более легкое и простенькое, а в 1905-м мост утратил свою цепную сущность — его «положили» на опоры, оставив цепи только в качестве декоративного элемента.
Зато при советской власти судьба Почтамтского моста сложилась счастливо. Сначала ему вернули красивые перила — их восстановили по первоначальному рисунку в литейном цехе трампарка имени М. Калинина. А к 1983 году мост и вовсе был восстановлен в первоначальном виде, и главное — снова он стал цепным. Над этим работала группа инженеров Ленгипроинжпроекта под руководством Б. Дворкина и Р. Шипова. Новое пролетное строение заказали судоремонтному заводу в Петрокрепости, цепи — Канонерскому заводу, а приметные, «веером», секторы пилонов — Кировскому. Утратившие свою несущую роль деревянные опоры из-под моста пришлось удалить.
Реконструкция 2003 года надолго продлевает жизнь этому мосту. Было принято решение обойтись без полумер: чинить, менять и реставрировать, так уж все — и гранитные плиты набережной, и опоры, и металлическое пролетное строение до перил включительно. Главное, чтобы на сей раз пешеходы дождались их установки. ♦

Почтамтский мост
Почтамтский мост до ремонта. Фотография Юрия Молодковца
Почтамтский мост
Почтамтский мост в настоящее время (2003 год). Фотография Андрея Кузнецова

Склады Мариинского театра

в № 8/20, "МОСТЫ"/Изменения

слова СЕРГЕЯ БАРУ

Театральные склады горят, как порох, — это азбука. Еще за два года до случившегося этой осенью пожара на складе Мариинского театра (улица Писарева, дом № 20) пожарный генерал Евгений Серебрянников предупреждал, что Мариинка вкупе со своими подсобными помещениями в противопожарном смысле находится в неудовлетворительном состоянии.
Склад на улице Писарева до пожара представлял собой четырехэтажное кирпичное здание с деревянными перекрытиями, обычное для старого Петербурга. В будничную ночь с четверга на пятницу что-то вдруг загорелось в мастерских, где изготавливают декорации. Сообщение об этом поступило на пульт «01» в 2 часа 47 минут. Потом уже специалисты установили, что первоначально площадь пожара составляла 400 квадратных метров, а через час — уже 1200, хотя к складу моментально съехались 28 пожарных расчетов, причем первые машины подкатили уже в 2 часа 54 минуты, то есть 7 минут спустя после сигнала тревоги. В 4 часа утра пожару присвоили 3-ю категорию сложности, и верно: ровно два часа спустя рухнули крыша и междуэтажные перекрытия. Возникла угроза распространения огня на стоящий рядом жилой дом. Однако эвакуировать жителей не стали. К 7 часам утра пожар был локализован, то есть огонь перестал распространяться. Когда пламя удалось полностью потушить, когда завершилась проливка водой сгоревшего склада — от него остались одни капитальные стены, — началась разборка уцелевших конструкций. При тушении пострадали пятеро пожарных, один из которых получил сильное отравление угарным газом.
Точная сумма ущерба Журналу Учета Вечных Ценностей пока неизвестна, но размеры ее можно себе представить. Особенно тревожит то обстоятельство, что пожарный генерал Е. Серебрянников так же неодобрительно отзывался о противопожарном состоянии МГУ в Москве и Государственного Эрмитажа у нас в Петербурге. ♦

Склады Мариинского театра
Сгоревшие склады декораций Мариинского театра на улице Писарева. Фотография Андрея Кузнецова

Бульвар на улице Правды

в № 8/20, "МОСТЫ"/Изменения

слова СЕРГЕЯ БАРУ

Бульвар на улице Правды
Улица Правды до реконструкции. Рисунок Андрея Кузнецова

Создание пешеходных зон — модная тема в городском благоустройстве — докатилось до квартала, начало которому было положено еще в сороковых годах XVIII века. Тогда здесь начали селиться придворные мастера и служители, отчего и место прозвали Дворцовой слободой. К примеру, на Кабинетной улице жили мастеровые «Кабинета Его (или Ее) Императорского Величества» — учреждения, ведавшего собственным царским имуществом. В советское время Кабинетная улица стала называться улицей Правды из-за того, что в местной типографии был отпечатан первый номер большевистской газеты «Правда». Интересно, что расположена эта типография вовсе не на улице Правды, а на Социалистической (бывш. Ивановской). А еще интереснее, что возврат первоначальных названий почему-то никак данного микрорайона не коснулся. В ходе начавшейся реконструкции улица Правды лишилась роскошного бульвара — несомненного достижения советской поры. Однако взамен обещаны новые посадки, пешеходная зона с мощением плиткой, фонари-торшеры и даже фонтан. А проезд закроют не полностью: по нечетной стороне улиц Правды и Большой Московской оставят проезжую часть шириной 7 метров. ♦

Бульвар на улице Правды
Улица Правды во время реконструкции. Фотография Андрея Кузнецова

Дом № 23 по Садовой улице

в № 7/19, "НАСАЖДЕНИЯ"/Изменения
Дом № 23 по Садовой улице
Дом № 23 по Садовой улице. Дореволюционный вид. Архивная фотография

слова ЕКАТЕРИНЫ ГОЛУБЕВОЙ

Здание было построено в 1903–1904-м годах по проекту архитектора Василия Шауба. В моду входил стиль модерн, и дом, предназначенный под контору завода Новицкого, вовсе не выглядит конторским зданием. Во многом благодаря оригинальным окнам: второй и третий этаж создают своеобразную «стеклянную стену», где с простыми плоскими окнами соседствуют и затейливые выступы-эркеры. Внушительное с виду здание на самом деле очень маленькое внутри — всего 177 кв. метров полезной площади на всех четырех этажах.
К началу перестройки дом принадлежал трикотажному объединению «Ника». В 90-х годах прошлого века объединение переживало не лучшие времена, и заботиться о здании не было ни средств, ни желания. Дом около десяти лет простоял заколоченным и пришел в аварийное состояние. В Комитете по охране памятников до сих удивляются, что реставрацию в конечном счете удалось довести до конца — здание находилось в таком плачевном состоянии, что в недалеком будущем могло просто превратиться в руину. Требования к объединению если не реконструировать, то хотя бы не дать зданию рухнуть, не помогли.
Лишьв1997годунадомнашелсяпокупатель — свадебный салон «Ирина-Люкс». Следующие четыре года были потрачены на реставрацию дома. По словам сотрудников салона, наиболее трудно выполнимым условием Комитета по охране памятников оказалось требование восстановить в историческом виде оконные рамы здания. Даже скульптуры на фасаде отреставрировать было легче — все-таки традиции реставрации в Петербурге богатые. А вот бригады столяров, способных повторить выгнутый профиль рамы, не нашлось (конечно, ни о каких стеклопакетах не могло быть и речи). Пока что пришлось довольствоваться временными пластиковыми рамами. Но поиски продолжаются. ♦

Дом № 23 по Садовой улице
Дом № 23 по Садовой улице. 1980-е годы. Фотография Сергея Свешникова
Дом № 23 по Садовой улице
Дом № 23 по Садовой улице. Современный вид. Фотография Кирилла Морозова

Посаженный Петром Первым дуб

в № 7/19, "НАСАЖДЕНИЯ"/Изменения
Посаженный Петром Первым дуб
Дуб, посаженный Петром Первым на Каменном острове. Архивная фотография

слова ЕКАТЕРИНЫ ГОЛУБЕВОЙ

Старый внушительный дуб на Каменном острове молва окрестила «петровским» в конце XIX века, когда Каменный остров стал местом гуляний петербургской публики. По легенде, его посадил сам Петр Первый в 1715 году. Действительно ли саженец был посажен Петром или нет, документально не доказано. В ХХ веке ленинградцы утверждали, что старое дерево — своего рода талисман и символизирует благополучие города. Однако к середине семидесятых годов прошлого века патриарх пришел в плачевное состояние. Власти приняли решение: дуб спилить. Что делать с пнем, оставшимся от петровского дуба, решали долго: поставить на его месте памятный знак, законсервировать пень или посадить новое дерево. Долгое время пень, обнесенный оградой, все-таки оставался на месте. Останки петровского дуба выкорчевали весной этого года. А в конце лета торжественно посадили новый, молодой «петровский дубок». «Смену» выращивали из желудей дубов, растущих в Екатерининском парке. Обновили не только дуб — отреставрировали и ограду. Причем чугунные опоры пришлось практически выкапывать из земли — за долгую свою службу они вошли в почву наполовину. Установлена и новая табличка с надписью, повествующая о судьбе дерева. ♦

Посаженный Петром Первым дуб
Дуб, посаженный на месте дуба, посаженного Петром Первым на Каменном острове. Фотография Дмитрия Горячёва
Перейти Наверх