Строитель Борис Суровцев

Строитель Борис Суровцев/Остановки по требованию

в № 7/19, "НАСАЖДЕНИЯ"/Авторитеты
Внучка основателя фирмы «Сименс» рассказывала мне, как ее дедушке, имевшему тогда небольшую фирму в Германии, с трудом удалось убедить правительство России в перспективности телефонов. Остановить развитие телефонной связи пытались сторонники идеи передачи сообщений на большие расстояния при помощи флажков. Подобных примеров и сейчас не счесть.

Обратился тут ко мне недавно знакомый тележурналист.
— Как думаете, — спрашивает, — удастся ли городу выручить вложенные в «яму» средства?
«Ямой» у нас окрестили огромный котлован, отрытый на Лиговском проспекте рядом с Московским вокзалом, неострой нового вокзального комплекса.
Итак, обозначилась очередная жертва дилетантской демагогии.
В конце восьмидесятых, помнится, такой жертвой была «дамба», ставшая ругательным словом. Каких только нелестных слов мне, защищавшему это сооружение, не пришлось услышать в свой адрес.
Сознаюсь, нас, профессионалов, тогда победили краснобаи. Стройку остановили. Распродали за дешево созданную для ее ведения мощную производственную базу, даже в огромном здании «Макета защитных сооружений», где можно было вести научные исследования, разместился «Максидом». Теперь, вернувшись к теме защиты от наводнений через полтора десятка лет, город оказался у разбитого корыта. Вдохнуть жизнь в эту стройку стоит в несколько раз дороже, чем если бы ее нормально завершили в свое время.
Еще одна печальная история — несостоявшееся строительство «Диснейленда», какой есть, к примеру, под Парижем. Мысль построить похожий под Петербургом возникла у одного канадского миллиардера в годы горбачевской перестройки. Городская власть готова была выделить участок земли в районе Лисьего Носа. Собственно, этим вклад города в осуществление проекта и ограничивался. Остальное брал на себя иностранный инвестор. Сейчас мы таких инвесторов ищем днем с огнем. А тогда — «ни пяди нашей земли иностранному капиталу!». Результат — канадская компания от строительства отказалась.
Нас очень часто пугают тем, что уже есть или должно быть построено. Нет чтобы посетовать, когда исчезает нечто действительно необходимое.
Например, сказал кто-то первым, что на Невском слишком много мусорных урн. Мысль подхватили, она понравилась, урны надолго исчезли и вновь появились совсем недавно.
Следов спекулятивного подхода к решению градостроительных, технических, экономических проблем в нашем городе не счесть.
Взять хотя бы стелу мемориала героическим защитникам Ленинграда на площади Победы. Ее в народе то стамеской, то штыком прозывают. Мало кто знает, что задумана она была как постамент под скульптурное изображение Родины-матери. Монтаж постамента близился к концу, когда стройку посетил главный идеолог Советского Союза М.А. Суслов, секретарь ЦК КПСС.
— Что ж это вы, Михаил Константинович, — пристыдил он скульптора М.К. Аникушина, — снова нам женщину на пьедестал взгромоздили…
Установку скульптуры, понятно, отменили, а чтобы придать постаменту более-менее законченный вид, верхний блок «заточили». Вот и вышла «стамеска».
Памятны мне баталии, развернувшиеся некогда вокруг реставрации гостиницы «Англетер». Хорошо, хоть это дело удалось отстоять. Теперь-то уж никто не сомневается, что отель получился замечательный.
Еще пример. Я далеко не в восторге от художественного уровня стелы «Городу-Герою» на Знаменской площади у Московского вокзала. Но когда меня пригласили обсудить, как ее можно снести, — категорически отказался.
— Господь с вами, — сказал, — я строитель. Ломать — профессия не моя. ♦

Обложка публикации: 

Борис Суровцев.

Фотография Кирилла Морозова