Старая Ладога

в № 13/25, "ЗООПАРК"/Населенный пункт

слова МАРИИ КАПУСТИНОЙ, фотографии АНДРЕЯ КУЗНЕЦОВА

Маленькое село на левом берегу Волхова, в 12 километрах от его устья, в 128 километрах от Петербурга — деревянные развалюхи, покосившиеся заборы, грязь по колено… В общем, вполне традиционный для российской глубинки пейзаж. А между тем в нём отражены двенадцать веков отечественной истории. Даже сейчас в селе насчитывается около 160 памятников архитектуры, искусства и археологии: старинные монастыри, церкви, колокольни, дома, амбары. Они окружены рощами, урочищами, курганами, величественными могильными насыпями — сопками. В то время как Санкт-Петербург торжественно праздновал своё трёхсотлетие, Ладога скромно и незаметно отметила 1250-летний юбилей.
Наиболее крупная и интересная с точки зрения среднестатистического туриста местная достопримечательность — Староладожская крепость — строилась и перестраивалась вплоть до XVI века.
Выйдя из крепости, турист равнодушно шагает по неприметной с виду улочке, даже не подозревая, что идёт по самой древней русской улице — Варяжской, впервые упомянутой в источнике около 1500 года, но существовавшей, вероятно, ещё в IX веке…
В течение двух последних веков в Старой Ладоге работают археологи. Однако научным раскопкам подверглись пока лишь два процента её территории. В 1984 году здесь создали историко-архитектурный и археологический музей-заповедник общероссийского значения. Под особую охрану была взята территория села размером около 200 гектаров. Были запрещены самовольное строительство и земляные работы. Но до этого в западной части Старой Ладоги успели уже вырасти многоэтажные дома, постройки совхоза «Волховский» и корпуса ремонтно-технического предприятия. Впрочем, и охрана государства не очень-то спасает Ладогу. Ценнейшие памятники архитектуры, не до конца отреставрированные, вновь разрушаются, открытая всем ветрам каменная крепость превращается в живописную руину. В прошлом году на Варяжской улице в результате юбилейного «благоустройства» бульдозером было снесено несколько деревянных дореволюционных построек.

Старая Ладога
Церковь Рождества Иоанна Предтечи
***

Название Ладога произошло от финского Alodejogi — нижняя река, то есть река к низу от порогов. В широком смысле так могло бы именоваться всё нижнее Поволховье, где не позднее VII—VIII веков сложилась первичная полиэтничная Русь. И Ладога, едва ли не единственное крупное поселение на севере Восточной Европы, стала центром этого предгосударственного образования.
Поселение возникло здесь на «земляном городище» в 750-е годы. Расположенная на пересечении морских и речных путей, Ладога служила местом контакта многих культур, поражая развитием ремёсел и размахом своего торжища. С Запада везли сюда вооружение, украшения, стеклянные кубки, ткани и янтарь. С Востока доставляли наборные пояса, бусы из горного хрусталя и сердолика, раковины каури, снаряжение для всадников и коней, шёлк, парчу, пряности, предметы роскоши и серебряные монеты — дирхемы. Поток арабского серебра привлёк в Ладогу викингов, сделав её для них своеобразными воротами в далёкие и сказочно богатые страны Востока.
Вот в такую Ладогу и был призван для защиты от викингов знатный выходец из Скандинавии Рюрик. Здесь он взошёл на княжеский престол, положив начало династии Рюриковичей, правившей в России вплоть до конца XVI века. В 1899 году в Старую Ладогу приехал Николай Рерих. То, что он увидел, поразило его воображение. «Взбираемся на бугор, — писал Рерих, — и перед нами один из лучших русских пейзажей. Широко развернулся серо-бурый Волхов с водоворотами и светлыми хвостами течения посередине; по высоким берегам сторожами стали курганы, и стали не как-нибудь зря, а стройным рядом, один красивее другого».
Рериховский «бугор» — это, по-видимому, сопка, называемая в народе сопкой Вещего Олега. Сопки в окрестностях Ладоги — огромные могильные насыпи VIII—X веков, воплощение древнего погребального обряда. Величественность вида сопок поразительно сочетается с чрезвычайной бедностью самих захоронений. За этим просматривается представление древних русичей о дематериализации человека в «посмертии», в противовес грандиозности памяти, которая о нём остаётся.

Старая Ладога
Успенский собор Свято-Успенского монастыря
***

XII век — время последнего расцвета Ладоги, когда здесь велось невиданное по размаху каменное храмовое строительство. Учёным известно о возведении в течение XII столетия вслед за первой упомянутой в летописи каменной крепостью Северной Руси не менее шести каменных церквей, каждая из которых была украшена настенной живописью. Начало этому строительству было положено возведением Успенского собора. Вслед за ним строятся ещё пять храмов, из которых сохранился лишь один, посвященный святому Георгию. Храм относят к числу самых камерных церквей всей Новгородской земли того времени. Зато в нём наиболее полно сохранилась великолепная стенопись, благодаря чему он и получил широкую известность.
Церковь Св. Георгия — небольшой четырехстолпный храм с тремя апсидами. Всё здание отличается какой-то аристократической изысканностью пропорций. Арки, устремлённые вверх, создают простое, логичное и в то же время лёгкое и торжественное пространство. Впечатление усиливает и светлая по колориту фресковая роспись, прозрачная, «пульсирующая», изысканно-утончённая. Ладожане любовно называют церковь Георгиевскую церковь «Ладожской невестой». В 1982—1995 годах церковь была отреставрирована, в том числе восстановлена и знаменитая фреска «Чудо св. Георгия о змие» — шедевр средневековой монументальной живописи, на которой усмирённого Георгием змия ведёт в город царевна Елисава, несостоявшаяся жертва дракона, «и идяше вослед ея страшный он змий, пресмыкаяся по земли яко овча на заколение»…
Строительство церкви Св. Георгия, небесного покровителя ладожан, относят к 1165—1166 годам и связывают с победой над шведским войском. Впоследствии она исполняла роль крепостного храма, то есть духовной опоры стоявшего здесь гарнизона — по легенде, именно здесь молился перед битвой на Неве в 1240 году двадцатилетний князь Александр Ярославович. Но в связи с таким однозначно «ратным» уклоном храма вдвойне удивительно видеть на фреске изображение женщины. Да и Георгий не разит, как на московском гербе, змия копьём, а усмиряет зверюгу Божьим словом.
Возможно, столь «пацифистский» мотив появился в противовес и назначению церкви, и суровости времени.

Старая Ладога
Крепость
***

В конце XVII — первой половине XIX веков заглохшее было селение вновь ожило. В его северной части — селе Успенском — находилось поместье Алексея Томилова, просветителя и мецената, героя войны 1812 года. Не было, пожалуй, в Петербурге сколь-нибудь значительного художника, который бы не побывал в гостях у Томилова. Радушному хозяину дарили произведения искусства. Так сложилась коллекция, в которой полно и разнообразно запечатлелась целая эпоха. В 1917—1918 годах наследник Томиловых Е. Шварц на нескольких возах привёз и передал на хранение Русскому музею все накопленные в родовом гнезде художественные сокровища. Этот вклад в собрание музея оказался крупнейшим на то время: шесть тысяч произведений! Но главное, что бесценная коллекция была спасена от гибели и расхищения.
С 1704 года, когда Пётр Первый основал Новую Ладогу, древнерусская столица называется Старой Ладогой. Тогда же лишилась она и статуса города. С тех пор и до наших дней здесь всего лишь село. Думали как-то назвать его посёлком городского типа, но нет, не дотянула наша первая столица до высокого статуса посёлка.
В 1114 году летописец Нестор записал: «…Поведали мне ладожане, как тут случается. Когда бывает туча велика, находят дети наши глазки стеклянные — и малые, и великие, проверченные. А другие подле Волхова берут, которые выплёскивает вода….». Точно так же находят детишки бисер и бусы в наши дни. Ладога просто кишит сокровищами и всевозможными древностями, на которые жители то и дело натыкаются в своих огородах: то откопают заклёпку от скандинавского дракара, то нательный крестик, то рукоять деревянного игрушечного меча, то какое-нибудь ушко от ведра позапрошлого века.
Такова она, Ладога — древний центр культуры и искусств, место таинственное, сакральное, но абсолютно лишённое какой бы то ни было парадности. ♦

Старая Ладога
Никольский монастырь